2.jpg
21/09/2020 Баренцево море. Плохие новости

Олеся Ильина: Летнее, итоги, плохое. Все наши беломорские итоги не имеют никакого значения, поскольку после Белого мы поехали на Баренцево, и там уже увидели пластиковое загрязнение в глаза. Прямо в упор. Я, конечно, читала статьи про GPGP (Великое Тихоокеанское мусорное пятно), и про злачные реки Малайзии и Индонезии читала, и фото пластикового супа видела. Еще я читала статью испанцев (!), которые прошли нашим Севморпутем (!) на парусной яхте (!), обнаружили в Баренцевом море крайне высокие концентрации микропластика и высказали предположение, что там формируется новое мусорное пятно, принесенное Гольфстримом из Северной Атлантики и Северной Европы.

Но, читать и увидеть вживую – это разное. К тому же, раньше я не знала этого моря. Оно живое. За два часа на лодке мы встретили трех китов, штук тридцать тюленей и два вида дельфинов – серых морских свиней с маленькими плавничками и дельфинов-белобочек, в том числе двух детенышей. Они были окрашены в черно-белое, и решительно двигались куда-то парой, выпрыгивая из воды совсем как взрослые дельфины. Это море прекрасно. Оно колышется глобальной океанской зыбью, полыхает северным сиянием, оно лазурное, как Охотское, и оно наполнено жизнью. Берег – круглые скалы (я не знаю, как это объяснить, но они круглые и они скалы). Поднявшись наверх, можно обнаружить 15-метровый водопад. И вокруг – никого (ну, кроме медведей, грибов, морошки и черники). Вот так – дожила до 40 лет и не знала, что рядом оно такое существует.

И это море забито пластиком. В открытых бухтах – пластиковые берега, устья маленьких речек выложены горами рыболовных сетей, кучами буйков, пластиковых бутылок, ящиков из-под рыбы, ботинок, канатов, детских игрушек и пищевой упаковки. Я нашла ящики, сделанные в Дании, Норвегии, Штатах и Испании. Я нашла игрушечного крокодильчика, сделанного в СССР - точь-в-точь такого, какой был у меня в детстве. Я нашла игрушечного бегемотика без верхней челюсти: на его поверхности ясно наметилась сетка трещин, по которым он рассыплется на микропластик. Я нашла флакон 1991-го года выпуска, который до сих пор не рассыпался.

Пробы с микропластиком я еще, конечно, не анализировала, но ожидаю нечто беспрецедентное. Микропластик на поверхности видно невооруженным глазом, его, кажется, можно ловить прямо из моря пинцетом. Не знаю, был ли смысл в наших обычных мерах предосторожности против загрязнения: если частиц в пробах будут тысячи, как в GPGP, залетевший туда десяток волокон с наших снастей и одежды никакой роли не сыграет.

Первый же береговой учет показал порядка 3600 кг пластикового мусора на километр береговой линии – это примерно в сто раз больше, чем получалось у нас на карельских островах и на Байкале. И эта оценка занижена – во-первых, участок, который мы смотрели на Баренцевом, был частично закрыт островом Кильдин, во-вторых, в выборку не попали особенно крупногабаритные сети, которые весят сотни килограммов и составляют основную долю загрязнения. Думаю, с наветренной стороны этот показатель больше еще в несколько раз. Это горы пластика, его уже нельзя ни убрать, ни утилизировать разумными средствами. Это настолько глобально, что формирует облик побережья. В пластмассовом мире – пластмассовое море.

 

Крокодильчик времен СССР
Крокодильчик времен СССР

Хорошо сохранился. Как он попал

Пляж напротив западной оконечности о. Кильдин
Пляж напротив западной оконечности о. Кильдин

Здесь мы проводили усет берегового пластика

Полипропиленовые канаты
Полипропиленовые канаты

Тоже атрибут рыбного промысла и судового снабжения

Крокодильчик времен СССР
Крокодильчик времен СССР

Хорошо сохранился. Как он попал

1/7
%D0%A3_edited.png